Официальный веб-сайт государственного учреждения образования
Cредняя школа № 40 г. Гомеля

 ул. Быховская, д. 104, г. Гомель
тел. 55 93 39


Поиск информации
Визитка школы

PreviousNext
Тема дня
Год малой родины


В школу радости – c радостью!

Богуславский С.Р., к.п.н., директор школы № 1274

им. В.В. Маяковского, заслуженный учитель РФ, г. Москва

ДЕСЯТЬ СОВЕТОВ МОЛОДОМУ УЧИТЕЛЮ

Неправильно, когда на молодого учителя смотрят только перспективно. Конечно, со временем он станет более умелым, самостоятельным, приобретет навыки, приемы, достигнет мастерства. В то же время он, может быть, утратит ту непосредственность и очарование молодости, черты, свойст-венные только молодому учителю, которые подчас привлекают к нему ребят сильнее, чем мудрость пожилого мастера. Походы, спектакли, вечера, бесконечные разговоры, доверительность – молодо-сти это доступнее, легче и интереснее. Моим первым ученикам, наверное, было интереснее со мной, чем нынешним. С первыми я больше возился. Нет, в школе обязательно должны быть молодые учи-теля. Без них жизнь скучная, неинтересная, пресная.

Итак, да здравствует молодой учитель! Вот он утром встал, сделал зарядку, пробежал раз пять вокруг квартала, принял душ, побрился, выпил кофе – и в школу. Почему он, а не она? Не знаю, про-сто я себе представил молодых мужчин. В нашей школе их не так уж мало: два физкультурника, учи-тель труда, словесник, два историка, два учителя английского языка, учитель рисования и черчения. Так солидно они здороваются за руку, так преисполнены достоинства – все люди семейные, но мо-бильные: в поход, в лагерь труда и отдыха, в театр, на стадион, да куда угодно – пожалуйста. Между собой ладят, друг друга поддерживают. И мне с ними легко. У нас полшколы – молодые учителя. Они проявляют себя на «капустниках», школьных вечерах, соревнованиях типа КВН и еще тогда, когда выпускают стенные газеты. Именно они имеют наиболее тесный и естественный контакт со старше-классниками. Контакты бывают разного рода. Есть контакт и в классе. Тут, конечно, больше ошибок: теоретических, методических и психологических. Молодые учителя импульсивны, в манере их пове-дения много общего с тем, как ведут себя старшеклассники. Это их роднит и сближает и дает им пра-во (или они его присваивают себе сами) судить как бы со стороны. У них есть преимущество людей, не совершивших ошибок, хотя бы потому, что они еще вообще не действовали. Тут молодые учителя и старшеклассники почти на равных, они, как это теперь называют, консолидируются и представляют собой довольно устойчивую школьную социальную силу. Их оценки школьных событий и проблем во многом совпадают, они понимают друг друга без лишних слов. Именно через молодых учителей, их участие, их поддержку легче выйти на старшеклассников и привлечь их к делу. А молодежь как раз и должна быть активным участником любого школьного дела, а то и застрельщиком. Недавно я разго-варивал с молодым учителем физкультуры одной из школ. Он полон (может быть, и несколько тще-славного) желания создать при школе комплекс здоровья, носится по Москве в поисках спортивного инвентаря, оборудования, составил проект переоборудования школьного стадиона, спортивного за-ла, подсобных помещений. Спортивные секции он планирует реорганизовать таким образом, чтобы был комплексный тренинг, обеспечивающий закалку и совершенствование всего организма. По сча-стью, директор школы на его стороне, понимая, что, реализуя эту идею, можно сплотить весь коллек-тив и, постепенно расширяя поле деятельности, ставить и решать новые задачи. Ребят он тоже во-одушевил, и они готовы выполнить любое его поручение.

Но, скажу откровенно, есть черты, которые меня очень волнуют. Я заметил: нынче многим мо-лодым учителям свойственно какое-то философствование, какая-то ложная умудренность: было, все было... Как будто было с ними. Отсюда – пассивность, инертность. Но у нас – дети! И что бы ни тво-рилось в мире, какие бы истины ни перевешивали, есть и непреложное: Родина, ее история и буду-щее, совесть, честь, порядочность. Конечно, походы, КВНы – это хорошо. Однако, когда я говорю об инициативности, я имею в виду прежде всего не развлекательство. Активность – это не «два притопа, три прихлопа». Это общественная мысль, забота, это перспективная идея и ее воплощение, это кон-структивность. Все это – свойства молодости. Вот почему надо, чтобы школьный коллектив хотя бы наполовину состоял из молодых учителей, похожих одновременно на учеников и на маститых препо-давателей. Именно молодых, нынешних, а не тех, которые из них потом вырастут. Те будут уже дру-гие, у них будет другое отношение к жизни и другие возможности.

Может быть, чтобы стать потом педагогической основой школы, тебе сейчас надо не упустить того, что может подарить человеку только молодость. Очень желаю тебе этого и потому, не стано-вясь в позу всезнающего, всепонимаюшего и всеумеющего сверхспециалиста, этакого педагогиче-ского супермена (таковым я себя не считаю), хочу дать тебе несколько советов. Годы и опыт не дают гарантии от ошибок и неверных суждений. И если я беру на себя смелость советовать, то делаю это просто так, без всяких притязаний. Просто по-дружески.


 Итак, СОВЕТ ПЕРВЫЙ:

Не считай школу местом, не совсем достойным применения твоих выдающихся способ-ностей, местом, куда тебя как бы сослали. Школа не нуждается в твоем снисхождении. Да, она тебя ждет, можно сказать, с распростертыми объятиями, она хочет, чтобы ты у нее был, но у нее есть достоинство. И это достоинство – дети. Поэтому не надо смотреть на школу свысока, не надо делать ей одолжение.

Так что сразу ориентируйся на школу и именно с ней связывай свои честолюбивые мечты. Тем более что хороший учитель лучше посредственного поэта или актера. Впрочем, наверное, не следу-ет сравнивать профессии. Дело ведь не в том, какая профессия, а в том, насколько она тебе подхо-дит. А вот в этом следует разобраться. Но нельзя разобраться на бегу. Надо поработать с полной отдачей, надо выложиться. И для этого надо считать школу своим делом, а не чужим, куда ты попал случайно. Разобраться – это значит понять, по душе ли тебе труд учителя. Здесь я хочу немного по-спорить с классиком. Помнишь, у Горького: «Когда труд – удовольствие, жизнь – хороша. Когда труд – обязанность, жизнь – рабство!» (Понимаю, что нельзя приводить чужие слова вне контекста, литера-турного и исторического. Но ведь любая цитата – вне контекста.) Труд – не только удовольствие, но и мучение. Не зря говорят: муки творчества. Труд – обязанность: перед самим собой, перед семьей, перед обществом. И разве иногда (а впрочем, и довольно часто) не заставляешь себя заниматься любимым трудом? Лев Толстой говорил, что писатель ремнями должен привязать себя к письменно-му столу. Это так. Но и вместе с тем действительно если труд – твой, если ты его любишь, то он и в процессе, и в результате приносит тебе удовлетворение. Вот ты и постарайся понять, твой это труд или дядин. Но не торопись с выводами. Сначала вникни в мой ВТОРОЙ СОВЕТ:

Найди себя, свой образ. Учитель индивидуален, иначе не может быть и речи о творчест-ве. Это не исключает подражания, особенно на первых порах. Наоборот, приглядывайся к мастерам. Бери на вооружение то, что тебе кажется твоим, что тебе соответствует. Не надо понимать творчест-во как изобретение пороха. Педагогика существует столько, сколько существует мир. Приемы и на-ходки не умирают с мастером, а передаются его ученикам и последователям. Но каждый настоящий учитель, даже перенимая, остается собой. Вспомним Л.С. Выготского: творчество на деле существу-ет только там, где человек воображает, комбинирует, изменяет и создает что-то новое, какой бы кру-пицей ни казалось это новое по сравнению с созданием гениев. Как же распознать, что в тебе твое, а что – чужое? Лучше тебя самого этого никто не знает. Конечно, надо прислушиваться к мнениям, в том числе и критическим. Но если у тебя не будет внутреннего чувства истины, ты будешь не учи-тель, а «чего изволите?» Это другая крайность, в противовес самомнению.

И потом, кто сказал, что учитель создает свой образ раз и навсегда? Маяковский писал о ху-дожнике Келине: «Лучший учитель. Твердый Меняющийся». Образ – не схема, а живое лицо. Оно может быть веселым и грустным, счастливым и несчастным, спокойным и взволнованным, гневным, смятенным, возбужденным. В любом случае оно должно быть твоим и оно должно быть живым, а не маской.

СОВЕТ ТРЕТИЙ:

Не замыкайся в своем учительстве. Если учитель – только учитель, то это скучно. Играй на гитаре, пой, пиши стихи, играй в волейбол, ходи в горы, собирай марки, бывай в театре и на выстав-ках. Расширяй круг друзей и знакомых. Общайся с самыми разнообразными людьми. Люби жизнь в разных ее проявлениях. Ты должен быть интересен детям, но этого не получится, если ты бу-дешь сосредоточен только на самом себе. Кроме обязательной программы, у тебя, как у мастера-фигуриста, должна быть великолепная произвольная программа.

Будучи молодым учителем, я, например, увлекался туризмом. В студенческие годы я был ак-тивным участником институтских походов, писал туристские песни. Увлечение туризмом тогда охва-тило почти все факультеты, мы сплотились в дружную и довольно большую семью. Я подружился со многими людьми. Участвовал в шлюпочном походе Москва – Куйбышев, ездил на Кавказ в альпини-стский лагерь, ходил в большой лыжный поход по Великолукской и Псковской областям, последнее перед окончанием института лето работал инструктором туристского лагеря, исходил почти все Под-московье.

В школу я пришел с огромным энтузиазмом, запасом навыков, опыта, песен и большого желания научить туризму своих учеников.

Во-первых, будучи классным руководителем, я, можно сказать, сразу завоевал свой класс именно тем, что почти каждое воскресенье отправлялся с ребятами в поход. Во-вторых, среди учи-тельской молодежи у меня нашлись сторонники и сподвижники. Мы стали проводить общешкольные слеты, где обязательными атрибутами были костры, песни, туристские эстафеты. В-третьих, канику-лы у нас стали временем многодневных походов. В-четвертых, благодаря повальному увлечению туризмом в школе стало намного интереснее, чем раньше, образовался устойчивый нравственный микроклимат, стиль взаимоотношений товарищеских, открытых, веселых. Пожилым учителям под-нять такое дело было бы не под силу.


 Позднее, когда мы создавали в нашей школе музей-клуб В. В. Маяковского, молодые учите-ля тоже были наиболее активной силой, без их поддержки, инициативы и просто участия в деле вряд ли бы что-нибудь получилось. Они ездили в литературные экспедиции, и ставили с ребята-ми сцены из пьес Маяковского, и руководили выпуском школьного альманаха, и проводили кон-курсы юных чтецов и художников, и оборудовали экспозицию, и готовили экскурсоводов, и участ-вовали в литературных встречах, вечерах, диспутах. А поиски? Многое из того, что сейчас явля-ется достоянием фондов музея, было приобретено благодаря энтузиазму молодых учителей. Алевтина Борисовна Малютина, будучи молодым педагогом, взяла на себя смелость и ответст-венность стать руководителем музея-клуба, она обеспечивала работу многих участков, проявила себя как талантливый режиссер. С годами энтузиазм ее не поубавился, хотя здоровье стало по-хуже. Сейчас она увлечена литературными экскурсиями, благодаря ей ученики и учителя побы-вали в Ясной Поляне, Спасском-Лутовинове, Карабихе, Шахматове, Константинове, и впереди еще много интересных открытий...

И опять же надо помнить о том, что все проявления личности индивидуальны. Не нужно искус-ственно культивировать в себе качества, которые тебе не свойственны. Универсальность не обяза-тельна. Не надо писать стихов, если у тебя нет способностей. Не надо играть на гитаре, если тебе это не нравится. Не надо собирать марки, если к этому у тебя не лежит душа. Но тогда должно быть что-нибудь другое, тебе свойственное. А самое главное – и тут уже особые способности не нужны, – тебя должны интересовать люди. Ты можешь быть другом, знакомым, собеседником, корреспондентом, просто слушателем. Но не исключай это общение из своей жизни. Иначе засохнешь, как сломанная ветвь.

Творческий человек, как правило, многогранен. Я не говорю о гениях, но их примеры общеизве-стны и очевидны: Пушкин, Лермонтов, Шевченко, Маяковский – не только поэты, но и художники. Гри-боедов и Пастернак – еще и композиторы. Некрасов и Тургенев любили охоту. Один мой знакомый писатель сам сделал всю мебель для своей квартиры. Учителю тоже нужна увлеченность, и мне ка-жется, что если эта увлеченность сосредоточена только на преподавании, – этого мало. Правда, бы-вает и иная увлеченность – меркантильность, стремление любыми средствами добыть как можно больше денег. Михоэлс однажды рассказал такую притчу. Один человек нашел бутылочный осколок, поднес его к глазам и увидел прекрасный мир: людей, дома, лес, горы, реку. Бутылочный осколок ему понравился, но показался обыкновенным, совсем не ценным. Тогда он взял стекло и одну сторону его позолотил. Осколок стал ценною вещью. Но когда он снова поднес его к глазам, то не увидел лю-дей, домов, леса, гор, реки – всего того, что он видел раньше. Он видел только себя.

Увлеченность, многосторонний интерес нужны учителю не просто так, сами по себе, а в связи с особенностью его профессии. Не зря про учителя говорят, что он и швец, и жнец, и на дуде игрец. Про иного учителя говорят: он – эрудит, или: он – хороший методист, или: он – энтузи-аст внеклассной работы. Это комплимент только в том случае, если все другие стороны деятель-ности учителя тоже хороши.

Поэтому мой ЧЕТВЕРТЫЙ СОВЕТ:

Помни о комплексном характере учительского труда. Все имеет значение, все нужно: и эрудиция, и методика, и внеклассная работа, и психология общения, и любовь к детям, и дисципли-на. Не нужно это разделять, это все взаимосвязано. И если мы говорим об этом отдельно, то это чисто условно. Заметь: любой рассказ о школе, эпизод, даже анекдот заключает в себе комплекс учительских качеств. Иначе получается нелепо, смешно или даже, хуже того, непрофессионально.

Ты можешь возразить, что тебе известны учителя, которые хорошо знают свой предмет, но не владеют методикой, или такие, которые только дают уроки, а после звонка их как ветром сдувает, или такие, у которых дети стоят на головах, а они орут и оскорбляют детей. Да, я тоже таких знаю. И советую тебе не быть таким, они несчастны так же, как и их ученики.

Я бы с радостью сформулировал свой ПЯТЫЙ СОВЕТ так:

Будь счастливым. Правда, это больше похоже на пожелание, чем на совет. Тогда я скажу так: будь оптимистом! Верь! Ужасно, когда учитель не видит ничего хорошего ни в настоящем, ни в бу-дущем. Ходит и ноет, как учителя из чеховских пьес. Строй планы, пусть иногда несбыточные, но кон-структивные. Есть такая грамматическая фраза, в которой «чтобы» (и «что бы») пишется и слитно, и раздельно: «Что бы такое предпринять, чтобы освежиться?» Если глаголу «освежиться» придать ме-тафорический смысл, эту фразу можно смело взять на вооружение как девиз.

Я отнюдь не хочу выглядеть в твоих глазах этаким бодрячком. В жизни каждому бывает тяжело и горько, у каждого случается несчастье и горе. И у меня иногда просто опускаются руки. И утром, бывает, не хочется вставать и идти в школу. И даже дети порой так надоедают... Но надо все это преодолевать. Жизнь – это преодоление трудных и даже критических ситуаций. И у тебя это будет. Собери свою волю. Не опускай крылышки. Не будь лапшой. Борись. Сопротивляйся. Борись. Сопро-тивляйся. Верь и добивайся своего.


 Да, мы иногда идем на разного рода компромиссы, и это не противоречит тому, что я только что сказал. Это апелляция к разуму. Бескомпромиссность – это упрямство и неумение мыслить перспективно. Но цель все равно должна быть. И не только цель урока, и не столько цель урока, сколько цель всего твоего учительства.

Дети не должны видеть в тебе неудачника. Неудачников не любят. Даже если что-то не бу-дет получаться, всеми силами разрушай возможное впечатление, что у тебя не получается вооб-ще. Хотя, впрочем, недотепа – это тоже образ, и иногда довольно симпатичный, пусть даже смешной. И, конечно, образ чисто внешний. Внутри у тебя, дорогой мой, должно быть все четко и уверенно.

ШЕСТОЙ СОВЕТ:

Будь честным и правдивым. «Подумаешь, – скажешь ты, – я сам это ученикам каждый день говорю». И напрасно. Каждый день это говорить не надо. Сказал один раз – и хватит. Но так, чтобы ребята тебе поверили. Дети очень высоко ценят честность. «Так нечестно» – это крайне отрицатель-ная оценка. Хотя сплошь и рядом они хитрецы и лгунишки. Это потому, что они поставлены взрослы-ми в такие условия, когда просто нельзя не соврать. Двое мальчишек подрались. Кого вы накажите? Они оба говорят: «Мы играем!» Я прихожу в класс и спрашиваю: «Кто сломал стул?». Тот, кто сломал, отсутствует. Все остальные молчат, хотя знают. У них есть свои понятия о чести. Я им говорю: «Ре-бята, с мебелью трудно». И они это понимают и в душе осуждают сломавшего, но они его выдать не могут. Лучше соврут: «Это сломал кто-то не из нашего класса». Парадокс: врут и считают, что посту-пают честно. И самое смешное то, что я с ними согласен. Таких ситуаций у тебя будет миллион. Не увлекайся в следствие. У меня две девятиклассницы попались: курили в подъезде. Потом долго ры-дали у меня в кабинете, и мне показалось, что они действительно раскаиваются. Я согласился пока не вызывать родителей и велел им к понедельнику выучить стихотворение Маяковского «Я счаст-лив». Счастлив потому, что бросил курить.

Скажу откровенно: я тоже иногда вру. Не обманываю принципиально, а так... привираю для кра-сы. У меня был случай на уроке. Я рассказал о том, как Некрасов потерял рукопись романа Черны-шевского «Что делать?». Он выронил сверток, когда ехал на извозчике. Приехал домой – рукописи нет, единственного экземпляра! «Представляете, – говорю я ребятам, – в каком отчаянии был Некра-сов. Он схватился за голову и просто рвал на себе волосы!» Ребята сидят тихо, и по их глазам я вижу, что им Некрасова жаль. Вдруг с последней парты раздается трезвый голос любителя истины: «Но ведь Некрасов был лысым...» Класс хохочет, и я – громче всех. Что это доказывает? Только то, что надо быть честным и правдивым, что я тебе и советую.

СОВЕТ СЕДЬМОЙ:

Цени юмор в общении с учениками. Если ты сам, как говорится, не блещешь остроумием, це-ни юмор в других. Не бойся смешного, не бойся быть смешным сам: бывают совсем невинные и без-обидные смешные ситуации. Другое дело, если над тобой смеются постоянно, если ты вообще сме-шон – это все!..

Детский юмор, скажем откровенно, не так уж глубок и тонок. Чаще всего смеются над оговорка-ми. Или ты называешь какую-нибудь фамилию, а они смеются, потому что в классе есть однофами-лец. В класс пришел новенький: Пушкин! Смеялись над ним до тех пор, пока не привыкли. Потом, когда говорили «Пушкин», все представляли Алешу, а не великого поэта. Смеются над всем, что касается нежных отношений. Дьяконова сидит на последней парте, а на предпоследней – Маштаков, который все время оборачивается к Дьяконовой. Я говорю: «Маштаков, ну что ты все время смотришь на Дьяко-нову? Обрати внимание и на меня!» Смеются. Дьяконова даже не краснеет. В таких случаях важно не обидеть.

Не надо смотреть на юмор как на прием. Не надо искусственно изощряться в остроумии. Все, в том числе и юмор, должно быть естественно и уместно. Смешных ситуаций и так хоть отбавляй. Не-которые учителя сердятся, когда дети смеются. Даже выгоняют их из класса. И зря. Любой ситуацией на уроке, в том числе и смешной, учитель должен владеть. И если учитель сказал: «Посмеялись, и хватит», класс должен подчиниться. Если этого нет, они будут гоготать весь урок. Надо помнить и про то, что смех может больно ранить. Он, как говорил Маяковский, – грозное оружие. Поэтому надо знать меру, быть осторожным и тактичным. Класс смеется, и учитель смеется, но, даже смеясь, учитель не должен расслабляться: он на работе.

Не надо быть мнительным. Я знал учительницу, она не была лишена чувства юмора. Но когда дети смеялись, ей казалось, что дети смеются над ней. И она злилась и кричала, и урок шел кувыр-ком. У нее был комплекс неполноценности, но об этом никто не знал, так как щитом были самоуве-ренность и чванство.

СОВЕТ ВОСЬМОЙ:

Будь естественным, не притворяйся, не старайся казаться умнее и лучше, чем ты есть. Бесполезно: дети тебя все равно раскусят.


 Часто учителя сравнивают с актером, и в этом есть свой резон. Но уж если ты играешь роль, пусть она будет твоей. Играй себя. И не переигрывай! Вспомни: настоящий актер вживается в роль, стремится постичь внутренний мир своего героя, чтобы играть как можно естественнее. Тебе же не надо перевоплощаться.

Сходство между учителем и актером заключается, может быть, в том, что и тот и другой выходят на аудиторию, на публику. Если между актерами и зрительным залом не устанавливается незримый контакт, спектакль рушится. Так и в классе. Некоторые кричат и стучат кулаком по столу, а ребятам не страшно. Другие говорят тихо и смотрят в сторону, но какое-то колдовство завораживает детей, и они не сводят с учителя глаз. Это феномен учительского гипноза, такого, впрочем, хрупкого, но сладостно-го. В эти минуты учитель счастлив.

Больше всего я не люблю, когда учитель на уроке не говорит, а декламирует или выступает. Он как будто уже и не он, а кто-то другой, по его понятиям, лучше того, каким он является на самом деле, а на самом деле – хуже, потому что искусственнее. Он притворяется, и это всем понятно.

Самое главное в том, что такой учитель как бы приучает детей к этой ложной патетике, и не-которые доверчивые дети думают, что так и должно быть. Формируется безвкусица. Находятся ученики, которые через какое-то время сами становятся учителями, причем такими же. Вот какие основы мы закладываем, и как прочно.

Между тем романтики, увлеченные учителя, не обязательно говорят с пафосом. Душевные крылья, которые их возносят над повседневностью, порой никому не видны, и внешне человек выгля-дит совершенно обыкновенным. Но в этих людях есть что-то детское, они и ведут себя иногда почти как дети. Гайдар, рассказывают, разговаривал с ребятами так, что они не замечали разницы в воз-расте. А вот известный педагог В.А. Караковский. Как-то мы вместе с ним смотрели по телевизору «Утреннюю почту». Я удивился его знанию эстрадных групп. А, наблюдая клоунов, он хохотал, как третьеклассник. Такому ребята скорей поверят, чем надутому пузырю, человеку без эмоций, лицо которого ничего не выражает. Однажды мы с В.А. Караковским летели в одном самолете в Таш-кент. Там был грудной ребенок, а мать почему-то отсутствовала. Молодой отец безуспешно пытался успокоить плачущего ребенка. Кое-кто из пассажиров брал ребенка на руки и укачивал – безуспешно. Малыш замолчал только тогда, когда его взял Владимир Абрамович. Случайность?

СОВЕТ ДЕВЯТЫЙ проистекает из восьмого:

Не воображай о себе больше того, что ты есть на самом деле. Знай себе цену и будь скромным, не теряя достоинства. Не надо казаться, надо быть. Сейчас это знамение времени. И если в годы застоя мы только и делали, что производили впечатление, словно все сговорились играть в какую-то общую лживую игру, то теперь это не нужно, потому что всем и так ясно, если ко-роль голый. И без мальчика. В общем, не задирай нос, даже если что-то удалось. Радуйся и торже-ствуй, но не увлекайся в торжестве. Это опасно. Как-то к нам в школу приехала Рина Зеленая. Я показывал ей музей, она хвалила, но при этом добавляла: «Только не воображайте!»

Не бойся честолюбия и не слушай ханжей и бездарных завистников. Но честолюбие должно быть внутри, демонстрировать его неприлично. Честолюбие все-таки играет вспомогательную роль как стимулятор дела. Главное – дело. Возводить же честолюбие в принцип и подчинять ему все просто недопустимо и безнравственно. Хотя не всегда нам ясно до конца и значение дела, его результат. Как сказал поэт:

Но пораженья от победы

Ты сам не должен отличать.

Он же в этом стихотворении сказал еще и то, что тебе, учителю, надо помнить всегда, но не во-обще, а в применении к себе:

Цель творчества – самоотдача,

А не шумиха и успех.

Позорно, ничего не знача,

Быть притчей на устах у всех.

Это твое кредо, запомни! Ты же всегда на виду, тем более у детей, которые все видят и все заме-чают. От их внимательного взгляда не ускользнет ничего! И ты не думай, что мнением детей, их отношением можно пренебречь. Они-то и есть твои главные ценители и судьи, они, а не началь-ство и даже не твои коллеги и друзья.

Если не тщеславие, то что же должно быть в основе твоей жизни и работы? Твоя граждан-ская позиция.

И мой последний, ДЕСЯТЫЙ СОВЕТ:

Обрети гражданскую позицию. Я говорю «обрети», но, может быть, она у тебя уже есть, эта позиция. Может быть... Но она формируется, стабилизируется и кристаллизуется в деле. Рас-суждать о политике, о патриотизме, об интернационализме все мастера. Но не пополняй и так многочисленные ряды «пикейных жилетов». Помни, что у тебя есть дети, и эта позиция нужна им.

Гражданская позиция прежде всего – нравственная. Запомни: какие бы прекрасные учебни-ки мы ни издавали, какие бы замечательные программы ни составляли, истинный проводник гра-жданской идеи – ты. И от тебя зависит, дойдет ли эта идея до ума и сердца ученика в целости и чистоте или будет так хитроумно перевернута и извращена, что результат окажется прямо проти-воположным.

Да, в наше время крушения устоявшихся политических стереотипов важно помочь детям сформироваться и вырасти стойкими и убежденными гуманистами.

И, наконец, самое последнее:

Не воспринимай эти советы как некое подобие скрижалей или безапелляционного провоз-глашения непреложных истин. Я не оракул. Абсолютных правил, годных на все случаи жизни, не знаю. Думай сам!

 


minobr


fin Гомельский областной профориентационный портал http://www.pravo.by/local/templates/.default/i/logo-main.png
Создание и продвижение сайтов